Loading...

Кривое зеркало «заповедной» статистики

21 января в Иркутске прошла пресс-конференция, организованная ФГБУ «Заповедное Прибайкалье» (ЗП). Особый интерес представляют сведения о масштабах туристического потока в Прибайкальском национальном парке (ПНП): «Более 167 тысяч человек посетили Прибайкальский национальный парк в 2019 году, в том числе около 115-ти тысяч, которые приехали отдохнуть на Север острова Ольхон. К слову, Юг острова также пользуется популярностью у туристов, правда, в меньших масштабах. Эту часть острова посетили 27,1 тысячи человек.» 

Подробнее: https://irkutskmedia.ru/news/900210/

 Кривое зеркало «заповедной» статистики  - фото 1 Паромная переправа на о. Ольхон.

Т.е. из 167 тыс. общего «поголовья» туристов   142 тыс. (85%!) пришлось на тех, кто посетил Ольхон. При этом на остров приходится менее 15% территории ПНП. Можно подумать, что если закрыть для посещения туристов всю материковую часть этой ООПТ, то турпоток сократится лишь на 15%. Эти цифры – полная чушь. В них учтены лишь те, кто заплатил за разрешение «на посещение ООПТ». Сбор этой платы проще всего вести на Ольхоне. Прежде всего – на единственной дороге, ведущей на север острова. Установленный здесь КПП и приносит ФГБУ львиную долю «пошлины», налагаемой на туристов. Вовсе не отображая размер всего турпотока, в течение года обрушивающегося на многострадальную территорию ПНП.

Кривое зеркало «заповедной» статистики  - фото 2

Контрольно-пропускной пункт ПНП на дороге к мысу Хобой (север Ольхона).

Подавляющее большинство турбаз и гостиниц в районе Малого Моря - безусловный общебайкальский лидер по обилию таковых объектов - находится на материковом берегу. Это примерно около тысячи «мест размещения» (включая семейные гостиницы). Их клиенты совершено не учитываются руководством ЗП! В прошлые годы администрация Ольхонского района оценивала количество своих гостей Малого Моря в 2 млн. год. Впрочем, и Ольхон за год посещают отнюдь не 167 тыс. человек, а порядка 600-700 тыс. Такую цифру в начале года озвучивали специалисты областного Агентства по туризму (февраль 2019 г., выездного заседания Совета по правам человека). Ведь вышеупомянутый сверхприбыльный КПП по дороге на Хобой функционирует лишь в течение летних месяцев, турпоток же в последние годы стал почти круглогодичным.

     Интересно, что предыдущий директор ЗП также озвучивал цифру в 2 млн. посетителей в год (для Малого Моря.) - 27 октября 2017 г. на совещании, посвященном   перспективам интеграции экологического туризма в местную экономику. Увы, ссылка соответствующей публикации на сайте ЗП теперь недоступна.

Кривое зеркало «заповедной» статистики  - фото 3

Совещание в ЗП 27 октября 2017 г.

       По моему мнению, только в районе Малого Моря количество посетителей ПНП составляет 2-2,5 млн. в год. Но и остальная территория нац. парка вовсе не пустует. Юго-западное побережье Байкала в зоне Старой Кругобайкальской железной дороги посещает наверняка более 100 тыс. человек в год. Окрестности пос. Листвянка (играет роль «Ворот на Байкал» для большинства гостей г. Иркутска), участок Листвянка-Большие Коты- Большое Голоустное, район бухты Песчаной -   еще несколько сотен тысяч. Полагаю, что общий турпоток в ПНП уже достигает 3 млн. человек в год. А руководство ЗП тем временем заявляет о каких-то жалких 167 тысячах! На эти «липовые» цифры якобы опирается руководство заповедной системы, разрабатывая «показатели деятельности». Из которых следует, что в 2019 г. федеральные ООПТ посетили 6,7 млн человек, к 2024 г. планируется довести эту цифру до 10 млн человек.

https://aif.ru/society/ecology/chistaya_strana_v_skolkovo_podveli_itogi_realizacii_nacproekta_ekologiya?fbclid=IwAR39-lWTnejKMUM7UUH7AbW4gahC85Ru2gBrCb4B67180nRBfywuXjbnuYU

Милые «чудаки». Одна лишь тройка нац. парков, лидеров по посещаемости – Сочинский, Куршская Коса, Прибайкальский – наверняка значительно превысила эти ваши «6,7 млн.». А сколько посетителей за год забрело в Лосиный Остров, окруженный Москвой? А в прочие два десятка   нац. парков и 103 заповедника?

     Не буду говорить за другие федеральные ООПТ, но природа ПНП несет огромный ущерб от запредельного турпотока, продолжающего свой рост. Один из результатов – потеря чистоты вод Малого Моря. Менее известен ущерб уникальному биоразнообразию. По его богатству ПНП превосходит любую другую федеральную ООПТ Прибайкалья (Иркутская область и Бурятия). Такого разнообразия низших растений нет нигде более в Сибири. Как и количества узколокализованных эндемиков среди высших растений. Ольхонская полевка – единственный в РФ пример эндемичного вида млекопитающих, чей ареал почти целиком находится в пределах одной ООПТ (ПНП). Из четырех имеющихся в Иркутской области Ключевых орнитологических территорий России, имеющих международное значение, 3 - в ПНП. Уникальное разнообразие и численность орлов на Ольхоне, с древности почитаемых здесь священными птицами… На моих глазах утерянное почти полностью.

Кривое зеркало «заповедной» статистики  - фото 4

Малое Море, Куркутский залив. В прошлом – участок реликтовой байкальской степи с редкостойным лиственичным лесом, местообитания редких видов флоры и фауны…

   Большинство вышеупомянутых уникумов обитает в именно в районе Малого Моря. По которому прокатывается основной туристический вал. Национальный парк создавался в 1986 г. для охраны природы Байкала, но теперь служит в первую очередь целям туризма. ЗП огромные деньги тратит на новые визит-центры (один из них в 2019 построен в уникальной Тажеранской степи). Вместо того, чтобы создавать на Малом Море предложенную мною (в период работы в ПНП) сеть мини-резерватов – огороженных от автотранспорта участков, дающих приют редким видам растений и животных.

http://activatica.org/blogs/view/id/2681/title/istoriya-baykalskogo-prirodoohrannogo-ogorazhivaniya

 Виталий Рябцев

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить