Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии

Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии  - фото 1Партнёры журнала «ЭкоГрад» в Чикаго aiefund.org пригласили нас к участию в бюллетене, на страницах которого разные люди делятся своим личным опытом в расовом вопросе

Напомним, расовый вопрос в США приобрел актуальность в связи с делом Дерека Майка Шовина.

Как сообщается в «Википедии», офицер полиции Дерек Майкл Шовин (англ.DerekMichaelChauvin; род. 19 марта1976) — бывший полицейский из города Миннеаполиса (штат Миннесота), получивший известность в результате убийстваДжорджа Флойда. Шовин прижал его шею коленом к асфальту и продержал его в таком положении около 8 минут, пока Джордж лежал на дороге лицом вниз. 20 апреля 2021 года Шовин был признан виновным  в непреднамеренном убийстве Джорджа Флойда. 11 августа 2020 года на YouTube-канале PoliceActivity было опубликовано полное видео убийства Джорджа Флойда.

Эндрю Бейкер, патологоанатом и главный медицинский эксперт округа Хеннепин провел вскрытие утром 26 мая. Часть предварительных итогов экспертизы цитировалась в обвинительных судебных документах, обнародованых 29 мая. Окончательные результаты вскрытия были опубликованы 1 июня. Согласно заключению, сердце Флойда остановилось во время задержания, причиной смерти послужила механическая асфиксия, вызвананная придавливанием шеи и спины. Бейкер также предпологает, что интоксикация фентанилом, недавний прием метамфетамина, а также сопутствующие заболевания Флойда, увеличили вероятность летального исхода.

Семья Флойда заказала проведение независимой экспертизы, которая была проведена 31 мая медицинским экспертом-патологоанатомом Майклом Байденом из Нью-Йорка и Аллесией Уилсон, директором отдела судебно-медицинских экспертиз и вскрытий Медицинской школы Мичиганского университета. Результаты повторной экспертизы были обнародованы 1 июня, на несколько часов раньше отчета Бейкера. Байден и Уилсон указывают на факт убийства, озвученный также в результатах первого вскрытия. Помимо этого, эксперты сошлись на том, что смерть Флойда наступила от асфиксии из-за придавливания шеи, однако, по их заявлению, Флойд не имел медицинских проблем, которые могли бы способствовать его смерти.

7 октября 2020 года Шовин был отпущен из-под стражи под залог за 1 миллион долларов.

20 апреля 2021 года Дерек Шовин был признан виновным в непреднамеренном убийстве Джорджа Флойда.

 

Жизнь в Детройте научила меня расовому реализму

 

Когда я рос в Детройте в 90-х годах, взрослые постоянно говорили мне: бeлыe покинули город просто потому, что были расистами.

 

 

Даже в детстве это объяснение всегда казалось мне странным, но я слышал его так часто, что принял как факт. Никто никогда не упоминал преступления как одну из причин, по которой так много бeлыx бежало в пригороды, но они были повсюду.

 

 

Стрельба, грабежи и угоны автомобилей были нормой – и почти всегда совершались молодыми темнокожими мужчинами. Жестокие драки были обычным явлением в моей средней школе, хотя она находилась через дорогу от полицейского участка. Нередко можно было увидеть полицейских, выводящих школьников из здания в наручниках в течение учебного дня. Мой отец ходил в ту же среднюю школу в 70-х годах. В то время еще существовали бeлыe школы, и эта была одной из лучших школ Детройта. Когда я посещал ее в начале 2000-х, она стала в основном чepнoй и одной из худших в городе.

 

 

Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии  - фото 2Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии  - фото 3

На фото – убийцы Шэннон Кристиан и Кристофера Ньюсома.

Всем говорили, что чepныe мужчины не более опасны, чем кто-либо другой, и что вы невежественный расист, если думаете иначе. Тем не менее, люди называли мой город «столицей убийств Америки», и не было никаких сомнений в том, кто совершает эти убийства. Даже директора похоронных бюро Детройта время от времени собирались вместе, чтобы умолять чepныx прекратить бойню, поскольку изрешеченные пулями трупы были повседневной рутиной их бизнеса – и они все еще так делают.

 

В конце концов я переехал в Милуоки. Там была аналогичная история. Так я обнаружил, что в городе, в котором я вырос, нет ничего уникального, это просто часть шаблона. В каждом опасном городе много нeгpoв. Но в Америке нет районов с преобладанием бeлыx или выходцев из Восточной Азии, где бытовала бы жестокая уличная преступность. Я обнаружил, что это верно не только для США, но и для всего мира. Будь то чepный квартал в Лондоне, Гаити или вся Африка к югу от Сахары, вы видите одни и те же проблемы: преступность, коррупция, бедность. Увидев эту закономерность, я понял, что между расами существуют врождeнные биoлoгичecкиe различия, и что эти различия имеют последствия.

 

Любой, у кого есть глаза, мог все это заметить, но учителя, ученые мужи и политики никогда не говорят об этом. Вместо этого я постоянно слышал о том, как полицейские арестовывают и преследуют чepнoкoжих без всякой причины, кроме своей фанатичной ненависти, и что бeлыe, бежавшие из Детройта десятилетиями ранее, руководствовались иррациональными страхами и невежественным расизмoм. Это «двойное мышление» применимо не только к настоящему, но и к прошлому. В школе учителя заставляли нас поверить в то, что paбcтвo было уникальным злом, которое совершали только бeлыe, и что, помимо eвpeeв в Библии, только чepныe когда-либо были жертвами paбcтвa. Мы так и не узнали о берберийской paбoтopговле, когда мycyльмaнские пираты похищали и пopaбoщали сотни тысяч, если не миллионы, европейцев; или об арабской торговле миллионами aфpикaнских paбoв. И чepныe были не единственной группой, для которой влиятельные люди находили оправдания. Я был в 10-м классе 11-го сентября 2001-го года и помню, как Джордж Буш всего несколько дней спустя заявил: «Иcлaм – это мир». Почти 3000 американцев погибли в результате самого ужасного террористического нападения в истории нашей страны, и это был ответ нашего президента.

 

Даже после того, как вы закончите свое образование, и даже если вы проигнорируете наших потворствующих политиков, вы сможете увидеть двойные стандарты нашего общества, направленные против бeлыx, в средствах массовой информации. В 2006-м году разразился скандал с командой по лакроссу Университета Дьюка: бедная чepнoкoжая женщина якобы подверглась групповому изнacилoвaнию группой богатых, пpивилeгиpoванных бeлыx спортсменов. Он получил широкое освещение в средствах массовой информации и послужил поводом для всех экспертов страны, чтобы говорить о злобном pacизмe Америки. В конце концов следователи обнаружили, что все это было мошенничеством. Чepнaя женщина солгала. Бeлыe студенты колледжа не сделали ничего плохого. В следующем году пять темнокожих похитили, тзнасиловали, пытали и, наконец, убили Шэннон Кристиан и Кристофера Ньюсома, молодую бeлyю пару, которая не знала нападавших и не сделала ничего, чтобы спровоцировать их. Это действительно произошло; никакого мошенничества. Освещение преступления в СМИ не составило даже десятой части того, что было в случае фальшивого дела команды по лакроссу.

Многие люди считают, что раса – это выдумка, и что общество несправедливо к нeбeлым. На самом деле все, наоборот.

 

Мой перевод из Living in Detroit Taught Me Race Realism.

 

Этот рассказ – один из большой серии, где самые разные люди делятся своим личным опытом в pacoвoм вопросе.

 

 

Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии  - фото 4Глубинная Америка ищет свою формулу социальной экологии  - фото 5

Игорь Питерский

 

..я обнаружила, что отказать черному парню нужно гораздо осторожнее, чем белому... Хлоя Вернон

Белые не могут бежать вечно

Хлоя Вернон, Американское Возрождение, 20 марта 2021 г.

 

Это часть нашей продолжающейся серии рассказов читателей о том, как они избавились от иллюзий либерализма и стали расовыми реалистами.

Думаю, я родилась с расовым сознанием. Я не могу припомнить, чтобы когда-либо не замечала различий во внешности и поведении между расами, даже в начальной школе, но мое осознание всегда было просто осознанием. Когда я была немного старше, и расовая принадлежность стала больше «вещью» между детьми, я никогда не чувствовала такого сильного укола белой вины. Для меня никогда не было смысла, почему я должена это делать.

 

Я выросла в пригороде большого юго-восточного города. Большинство из нас были белыми, а чернокожие и латиноамериканцы, с которыми я ходила в школу, были ничуть не беднее своих белых сверстников. Тем не менее, к тому времени, когда я добралась до старшей школы, я не могла не заметить, что, несмотря на наше схожее происхождение, многие черные ученики вели себя совсем не так, как все мы. Они держались вместе, и точка. По большей части они не были открыто враждебно настроены по отношению к белым, но явно предпочитали свою собственную компанию. Их самопровозглашенная часть кафетерия всегда была шумной от возгласов, криков и хриплого смеха. В тех редких случаях, когда между черным и белым учеником происходил конфликт, черные всегда становились на их сторону, независимо от того, что привело к инциденту. Тем не менее, я не испытывала к ним особой враждебности, хотя старалась их избегать.

 

Когда мне было 16, я работала в ресторане быстрого питания. Одной из моих коллег была крупная белая девушка лет 20 с небольшим, которая встречалась только с черными парнями. Эти «парни» часто заходили в ресторан и просто слонялись, прося у этой девушки бесплатную еду. Несмотря на то, что я была явно несовершеннолетней, они также много ко мне приставали. К ее чести, моя коллега всегда вмешивалась и требовала от них прекратить это, говоря, что я была всего лишь ребенком, и что я не «подавлена».

 

 После этого они обычно отступали, но не вежливо, и на следующей неделе снова продолжали флиртовать со мной. Но по мере того, как я стала старше, никто не мог вмешиваться в мою защиту, и я обнаружила, что отказать черному парню нужно гораздо осторожнее, чем белому.

 

Я до сих пор живу в том же районе, где выросла, и всю свою взрослую жизнь провела в «белом бегстве». Я переезжала несколько раз, каждый шаг немного дальше, в сторону сельской местности, но «разнообразие» продолжало подтягиваться. Мой последний переезд несколько лет назад был в северную часть моего округа, район, известный своей белизной, безопасностью и отличными школами. К сожалению, количество небелых с тех пор резко возросло. 

 

Некоторые из них являются высокообразованными и достаточно терпимы, чтобы жить рядом, но их число постоянно растет, равно как и преступность и общий упадок в этом районе. Их дети принимают их черноту и относятся к белым детям с открытым пренебрежением. Даже в моем высококлассном подразделении мы редко пытаемся пойти в бассейн, потому что там часто кружатся группы чернокожих молодых людей, которые шумят и вульгарны. Они приглашают своих друзей и приносят к бассейну колонки, чтобы послушать «музыку», которую никто не хочет слышать. Несмотря на несколько жалоб, ассоциация домовладельцев не решается предпринимать какие-либо действия. Большинство жителей интуитивно понимают, что это происходит из-за боязни страшного «расистского» ярлыка. Многие из пожилых белых уезжают в поисках места, достаточно далеко, чтобы их бегства было достаточно, чтобы прожить последние 20-30 лет жизни.

 

Что еще хуже, наш округ теперь участвует в «выборе школы» на уровне старшей школы, поэтому детей привозят автобусами из очень неблагополучных районов других городов. Одна из причин, по которой мы переехали сюда - зная, что дома стоят дороже и налоги на недвижимость выше - заключалась в том, чтобы наши дети могли получить отличное образование. Теперь они составляют меньшинство в своей школе, и если они пойдут в обычный класс вместо специализированного или "продвинутого", учеба будет для них будет слишком осложнена неприемлимыми в школе взаимоотношениями с одноклассниками, которые отвлекают от учебного процесса, мешают сосредоточится на учебе.  Мы не будем это долго терпеть. Моя семья, как и многие другие, скоро уедем отсюда. Я так зла и возмущена тем, что именно таким стал мой город. Я чувствую себя вынужденной покинуть то место, которое всегда считала домом. Здесь скоро будет не безопасно. Результаты наших местных выборов, оказались даже даже более печальными, чем общенациональные,

 

Но для меня выборы не были самым отрезвляющим аспектом 2020 года. Как только я услышала новости о Джордже Флойде, я подумала: «Отлично. . . вот так. Они собираются бунтовать несколько дней». 

 

То, что произошло, оказалось намного хуже того, что я ожидала. Моя семья сидела и смотрела телевизор в ужасе, когда горели города, разграблялись магазины, разрушались исторические памятники, а на людей нападали - и все это в то время как полиция в основном отступала. Я видела, что случилось с Марком и Патрисией Макклоски в Сент-Луисе и Кайлом Риттенхаусом в Кеноша, и одна за другой с моих глаз спали последние чешуйки. Это не был протест за равенство или простое послание о том, что жизни чернокожих имеют значение (хотя они, кажется, имеют меньшее значение для своих людей, чем для кого-либо еще), или «летом любви». Это была (и есть) революция, направленная на свержение всего, чем когда-то была наша страна, всей нашей истории, и достижения наших белых предков. По сути, это бунтовало ненависть к нашим устоям.

 

Я чувствовала настоящую, глубокую, жгучую ярость ко всем, кто был вовлечен в происходящее. Я поняла, что они ненавидят нас - как черных, так и их этномазохистских кураторов - и что они хотят покончить с нами. Что будет в США без значительного белого населения? Что будет с миром без нас? Только заблуждающиеся белые верят в плавильный котел утопического существования и равенства для всех. Небелые не хотят мирно сосуществовать с нами; они хотят править нами, и скоро им некуда будет бежать, поскольку наши люди уступили свои родины из-за ошибочного сострадания, апатии или того и другого.

 

События прошлого года дали мне последний толчок к тому, чтобы твердо и беззастенчиво выступать за белых. Мы должны выжить, и сидение на заборе больше не поможет. Маски оппозиции сняты, и они больше не скрывают своего презрения и ненависти. Больше некому защищать наше выживание. Мы сражаемся за себя или сталкиваемся с музыкой.

 

Хлоя Вернон

Категория: Социальная экология
Опубликовано 24.04.2021 11:27
Просмотров: 1047