«По равновеликим краям материнской земли…»

«По равновеликим краям материнской земли…» - фото 1Екатеринбургский поэт и переводчик Андрей Расторгуев — член Союза журналистов и Союза писателей России. Автор поэтических книг «Я родился в проклятой стране» (1991), «Порыв» (1994), «Древо» (2002), «Дом из неба и воды» (2006), «Словолитня» (2012), «Белый кит» (2012, Германия), «Русские истории» (2014), «Багрение. Поэма о русских головах» (2019), «Земля крылатых яблонь» (2019), драматической поэмы «Успение Стефана Пермского» (1996), сборника литературно-критических статей и рецензий на книги современных писателей России «Жажда речи» (2011, электронная книга, в соавторстве с Ниной Ягодинцевой).

Председатель Совета по критике Союза писателей России Вячеслав Лютый пишет о его творчестве, анализируя книгу «Земля крылатых яблонь»:

«Стилевая поэтическая «походка» Андрея Расторгуева берёт начало в устной речи... И очевидно, что дистанция между автором и читателем уже определена заранее органическим «устройством» голоса поэта. Перед нами разговор людей взаимно понимающих и думающих похоже. Но не задушевных друзей, а, скорее единомышленников. Потому у Андрея Расторгуева не часто встретишь исповедальные строки: наиболее близок автору он сам, и признания лирического героя адресуются себе же. А читатель свидетель происходящего и возможный судья. Но одновременно товарищ, который поймёт и протянет ближнему дружескую руку...

Как будто подсознательно поэт ощущает некий тревожащий душу ракурс, возникшую дистанцию в собственном восприятии гармонии. И в развитии сюжета Андрей Расторгуев старается закрыть эту «трещину» всем существом своим, всем остатком любви своей к земному миру. Не случайно в стихах его книги «Земля крылатых яблонь» наряду с парадоксальными образами и сближениями есть вечные акценты, которые остаются в сознании и в сердце человека как изначально ему принадлежащие они пропадут только с исчезновением его самого. Впрочем, в природе всё останется, но нас это обстоятельство уже никоим образом касаться не будет...

Поэт проницает поколения и эпохи, культурные слои и языковые пласты, житейское и одухотворённое и нигде не выглядит ряженым странником, а предстаёт вовлеченным в бытие человеком, который всякий раз находит верные краски и слова, дабы передать наиважнейшие оттенки события и облик его участников...

Чувство пространства и чувство земли, изменчивой и прекрасной, насыщают стихи Расторгуева. И он, как будто осязая движение времени, прикрепляет эти чувства к живому окоёму, в котором сам находится, проживая свой век. Ориентиры и приметы Небесные для автора, несомненно, важны однако всё вышнее в его стихах так или иначе отдалено от лирического героя. Видны незримые силовые линии, которые притягивают человека к Небу. Но всякий раз в интонациях Расторгуева при разговоре о «высшей инстанции» неуловимо присутствует явственно ощущаемое расстояние между земным поступком, земной душой и непостижимым законом, которому подчиняется мировой распорядок».

Предлагаем читателям «ЭкоГрада» несколько стихотворений из книги Андрея Расторгуева «Земля крылатых яблонь».

Андрей РАСТОРГУЕВ

***

Блаженны, кто верует искренней веры не тронь,

хотя сомневается здравая мысль и сегодня...

Нисходит с высоких небес Благодатный Огонь

На Светлую Пасху в кувуклию Гроба Господня.

Волною духовною или телесной рукой

невидимо тем, кто в надежде Огня ожидает.

И вновь разливается чистое пламя рекой

и радостных лиц озаряемых не обжигает...

По равновеликим краям материнской земли,

на волю ветров полагаясь и Вышнюю Волю,

порой молодою мы тоже зажгли и сожгли

страстей и желаний немереных добрую долю.

Но смысла завидовать нынешней юности нет.

Без точки страница, не время ещё устраниться –

не молниеносный и не ослепительный свет

яснее горит и ровней на дорогу струится.

Души не трави и смятенного сердца не рви.

Кто истинно ведает: вечное не за горами,

поймёт, сколько в ярое пламя добавить любви,

чтоб и маловерные лицами не обгорали.

***

Не пой, молодая, при мне

ты песен о старой войне

бурьяне, тумане и пыли…

С почти вековой глубины

едва различимо слышны

далёкие боли и были.

Окатыши горьких побед,

и мы уже таем на нет

на бруствере тысячелетья,

поросшие мохом-травой…

А вслед за второй мировой

проглядывается третья.

И, как в неурочный Покров,

поверх городов и голов

потомков, безвестно любимых

не ангелы, не мертвецы,

но вечно живые бойцы

из давних семейных альбомов.

Мол, братья, кончай ночевать:

не время ещё почивать,

пролёживать Боговы лавки

пора собираться опять

в небесную русскую рать

из необратимой отставки.

Бог знает: пора не пора.

Опять холодают ветра,

а думали: лето в кармане…

Мелодия вроде проста,

да не удаётся с листа,

но если душа не пуста,

мы вместе споём о тумане.

***

Глотая влагу клюквенных болот,

по еле размороженному лету

река невозмутимая течёт,

похожая на греческую Лету.

Наверняка она зовётся «ва»

здесь таковы порядки именные.

Тогда Летва? Но есть уже Литва

сегодня это берега иные.

Что год на год, когда и век на век

веками не приходится нимало?

Напрасно суетится человек

она любые климаты видала.

Текла то прямиком, то наискось

и точно знает: всякое бывает…

И носорожью каменную кость

забытую песками замывает.

***

Где клонится да коренится

поубавившийся народ,

речка Белая Холуница

земляные породы трёт.

Речка Чёрная Холуница

моет корни невдалеке…

Всё двоится, чтоб сохраниться

на песке и на языке.

И, названиями не обманывая,

мимолётные с высоты,

затекают с Большою Малая

речки Белые под мосты…

Имена только, да навеяло

не убавилось от потерь:

всея Малыя и Белыя

и Великия по теперь…

***

На облюбованный край земли

хочешь валить вали…

Славно летят в золотой дали

белые корабли.

Если на выстуженной реке

снежная береста,

славно отправиться налегке

в солнечные места.

Как рассыпается свежий сноп

по ледяному льну,

сам я, осиливая озноб,

к телу живому льну,

а пережмёт на ветру висок

каменною тоской

голову рад уронить в песок

средиземноморской…

Ой, бестолковая голова!

Только лицо умой

ведает, что однова жива,

а всё одно – домой:

к раннему свету, смоле, золе…

надо ли говорить?

Жить не тужить о чужой земле

хоть бы и лес валить.

***

Дождя и ангела в дорогу.

Дорога мокрая так что ж?

Езжай пораньше, понемногу,

не превышай на то и дождь.

А после в воздухе высоком

под пaволокой голубой

следящий ястреб или сокол

крыла расправит над тобой.

Но ты недоброю приметой

не почитай их зоркий труд

то ангелы нас эстафетой

из клюва в клюв передаю.

***

И всякое утро дождь,

да не тяжелей свинца…

Даждь, Господи, всё, что дашь,

мне вынести до конца.

Что сердце не охладил,

что разум не отключил,

что пуще всего хотел,

что на́ тебе получил.

С вершины до глубины

мгновение показал…

И что золотой цены

заранее не сказал.

Подготовила Римма ЛЮТАЯ

Категория: ЭкоЛитературная страничка
Опубликовано 26.08.2021 15:30
Просмотров: 284